Маша и Медведь Смотри сейчас


/

Медвежонку Паддингтону придется потесниться: в минский прокат вышел один из самых долгожданных фильмов года. «Форма воды» Гильермо дель Торо получила «Золотого льва» Венецианского кинофестиваля, «Золотой глобус» за режиссуру и еще примерно 60 наград. AFISHA.TUT.BY рассказывает, почему этот фильм нужно смотреть.

О чем кино:

На дворе 1963 год. Элайза — немая уборщица в засекреченной научной лаборатории. В «офис» доставляют морское чудовище — человека-амфибию. Элайза так впечатляется, что влюбляется в него.

Предположим, что вы заглядываете в кино раз в год по особому случаю. Хорошие новости в том, что он наступил. Гильермо дель Торо входит в число режиссеров, которые, несомненно, снимают авторское кино, но при этом умеют понравиться самому широкому зрителю. На той же ступени обосновались Тарантино с Алленом, братья Коэны, допустим, Альфонсо Куарон. Однако продолжительное время дель Торо оставался чересчур непонятным и чужим для Голливуда и слишком простым и жвачным для мира авторского кино. Его послужной список на фестивалях класса «А» включает всего два эпизода участия в конкурсе: с «Лабиринтом Фавна» в Канне и с «Формой воды» в Венеции. И со второй попытки главному сказочнику улыбнулась удача.

Каждый фильм дель Торо — это торжество кинематографичности и визуальной эстетики. Чего стоит вышеупомянутый «Лабиринт Фавна» с его исключительно оригинальными монстрами. В «Форме воды» мексиканец идет еще дальше и наделяет чудовище главным человеческим качеством — способностью любить. Чтобы персонаж амфибии смотрелся органично на экране рядом с Элайзой, дель Торо кропотливо трудился над дизайном костюма — почти три года. В результате его монстр может испугать, выглядеть милым и — доселе невиданно — сексуальным. И здесь, пожалуй, время для первого и единственного спойлера: помимо трогательного соприкосновения ладоней через стекло между персонажами будет еще и секс.

«Мне хотелось, чтобы мои герои влюбились друг в друга — и занялись сексом. […] Секс Элайзы и Амфибии не трансгрессивен; он прекрасен и прост», — рассказывает дель Торо в интервью кинокритику Антону Долину. Это отношение к сказкам (а «Форма воды», безусловно, такова) для мексиканца обязательное условие. Его принцесса далеко не красавица — она немая уборщица, которая изо дня в день живет по одному и тому же расписанию, мастурбирует, пока на кухне варятся яйца, и водит дружбу с соседом-гомосексуалистом. Режиссером здесь движет любовь к несовершенствам и трепетное отношение к людям, которых принято не замечать, потому что они всегда где-то на периферии — под водой.

Дель Торо блестяще справился с изображением образов подводного и земного царства. Позиция камеры, ее движения по вертикали и постоянные перемещения персонажей вверх-вниз помогают зрителю ощутить разницу между теми героями, кто наверху, и теми, кто вынужден скрываться на самом дне. Ну, а главной метафорой, несомненно, становится сама вода. Вещество, не имеющее своей формы и принимающее форму сосуда. По мнению режиссера, это же свойственно и любви — принимать форму того, кого любишь. Уже с этим образом дель Торо наигрался на славу. Обратите внимание на то, в каком виде каждый из персонажей сталкивается с водной стихией. Те из них, кого дель Торо наделяет способностью к любви, взаимодействуют с водой постоянно на протяжении всего фильма: под дождем, в ванной, при уборке кабинетов. Другие, на любовь не способные, даже руки в уборной моют только один раз — потому что мыть до и после — «проявление слабого характера». Для них жидкость принимает облик крови, гноя, мочи — всего, что может вбирать негативные ассоциации.

Даже на уровне цвета дель Торо добивался таких оттенков, которые подчеркивали бы ассоциации с морской стихией. И здесь самое время признать, что, работая над «Формой воды», автор так увлекся этой формой, что чуть не забыл ее наполнить. В фильме дель Торо легко угадывается и политический подтекст с образами советских и американских управленцев, и социальный, и идеологический. Но все эти линии — от шпионской до платонической любовной у соседа-гея — лишь бахрома на занавесе, который скрывает историю про монстров. В мире обыкновенного художественного кино дель Торо задыхается, как его человек-амфибия на суше. И лишь погрузившись в зазеркалье сюрреализма, сновидений и фантазий, мексиканец чувствует себя как рыба в воде.

Увесистые шлепки трамповской Америке, торжествовавшей в 60-е маскулинности и идее величия США будут слышны в кинозале даже с галерки. В «Форме воды» в количественном соотношении преобладают мужские персонажи. Женщин в касте здесь три: две из которых уборщицы, а одна — кукольная жена тирана. Но фильм дель Торо выглядит исключительно феминистским. Здесь принцесса спасает принца из заточения, она же находит в себе смелость послать начальника туда, куда обычно посылать руководство не принято — только если ты не пришел с заявлением на стол. И только ей под силу увидеть в чешуйчатом существе себе подобного.

Идея превращения человека в монстра и монстра в человека в «Форме воды» плещется на поверхности. Так, чтобы его с берега заметили даже самые невнимательные загорающие. В результате фильм занимает крайне удобное и оригинальное положение, будучи понятным и интересным обывателю фестивальным кино. Фильмом, которым режиссер расписывается в любви к кинематографу как искусству и признает слабость и беспомощность реального мира перед миром человеческой фантазии. Нырнуть в «Форму воды» нужно уже хотя бы поэтому — чтобы за два часа смыть с себя пыль будничных проблем. Согласитесь, небывалая роскошь в наши дни.

0064015