Калейдоскоп


Ольга Рыбачёнок,

Гоущицы - это девушки, которые заводят публику в минских клубах. Ольга Рыбачёнок специально для kyky.org проникла за кулисы в гримерку, чтобы выяснить, чем гоущицы отличаются от стриптизерш, сколько они зарабатывают, с кого собирают "чайник", есть ли у них секс на работе, и что круче: попа или грудь.

Маша, 25 лет. Гоущица с 5-летним стажем, танцует в "Баре 13". Изначально совмещала гоу-гоу и учебу, по образованию — экономист.

Маша
- Как стать хорошей гоущицей?

Маша: Это от природы. Можно найти нормального хореографа, но их сейчас мало. Надо тренироваться самому перед зеркалом. И клипы смотреть. Хорошая гоущица должна иметь образ, отличаться ото всех. Вот я — хорошая гоущица. У меня смешение стилей: хип-хоп, R’n’B, классическое гоу с поппингом, с локингом. Мы разряжаем обстановку в баре, создаем веселье.

- Для гоущицы обязательно иметь пышные формы?

Маша: Нет, не обязательно. Но с плоской попой на нормальную работу никто никогда не возьмет. В "Бар 13" попадают через кастинги, просмотры. Все минские гоущицы знакомы между собой. И конкуренция всегда присутствует. Раньше, может, подсыпали и в обувь что-то. Вот у меня вещи пропадают, не знаю, [censored], где чулки мои красные! Просто так же они не пропадут (смеется).

- Почему в скандале с Мисс Минск все так негативно отнеслись к тому, что в конкурсе участвовали гоущицы и стриптизерши?

Маша: Люди не знают этой сферы и считают, что гоущицы — все шлюхи, и профессия нужна для того, чтобы снять кого-то, хотя большинство из нас не знакомятся в клубах и уходят сразу после работы домой. Только у новеньких есть жажда экшна, найти себе в клубе богатого мужа за 35, с деньгами, машиной.

- А находят?

Маша: Я считаю, это сказки. Просто для секса находят. Как вот игрушка красивая, прикольная — поиграл и выкинул. Бывает, танцуешь, и парень понравился, ты начинаешь просто смотреть на него, типа "а-а, смотри на меня!" Бывает, к некоторым девочкам бывшие приходят, и начина-а-а-ется.

- А есть какой-то рейтинг мест среди гоущиц, где круто танцевать, а где нет?

Маша: Устный рейтинг. Круто только в "Баре 13", что я могу сказать, если везде [censored]? В "Blackhall" неприятно танцевать: все смотрят, как на товар. В принципе, везде так смотрят, в любом баре и клубе своя политика. Ну все, мне пора выходить (Маша делает глоток из стакана).

- Ты много пьешь перед тем, как выходить?

Маша: Нет, один стакан. Для задора.

- А так — нет? Не задорно?

Маша: Так тоже задорно, но уже привычка, выходной день, хочется расслабиться. А в будние не пью, в будние — только спорт. Тайский бокс.

- Применяешь иногда? Против тех, кто раздражает?

Маша: Ну, я же взрослый человек, держусь. Но хачи раздражают, да. Вот им иногда хочется втащить. Приехали в нашу страну и не знают, зачем. Мне неприятно.

Маша уходит танцевать с Юлей. Гоущицы выходят парами по времени. Оставшиеся ждут в гримерке: здесь гардероб для всех сотрудников бара, большое зеркало, стол. Сотрудники заходят все, кто хочет, без ограничений. На столе перед зеркалом вперемешку стаканы, сумки, одежда. Табуретка одна, девочки сидят по очереди.

Валентина, 23 года, стаж работы — чуть больше года.

- Почему ты работаешь гоущицей? Из-за денег?

Валентина: Мне нравится танцевать. Есть музыка, которая заводит тебя, под которую можно сексуально танцевать с полной отдачей, прыгать и беситься, чтобы люди, которые на тебя смотрят, танцевали сидя. Ты получаешь от этого, наверное, больший кайф, чем от зарплаты. Когда люди не просто тебя раздевают и [censored] во всех позах, а делают искренние комплименты, как ты клево танцуешь.

- А есть какие-то хитрости профессиональные, как хорошо выглядеть на сцене?

Валентина: Потолстел — надень совместный костюм или боди. Не надевай чулки, чтобы не пережимало ноги. Мало спал — наложи тонну мейка, со сцены это выглядит нормально: чем ярче, тем лучше. Танцуй с распущенными волосами, это сексуальнее для большинства, надо играть на большинство. Маслом можно скрыть целлюлит, оно делает тело сексуальнее. Если у тебя офигенская попа, нужно ее показать, если нету сисек, можешь надеть лифчик с пуш-апом или два лифчика — так часто бывает.

- А до скольки лет можно работать гоущицей?

Валентина: Максимум до 27. Дальше виден возраст. Для гоущицы виден.

- Много кладут денег в трусы?

Валентина: По-разному. Это может быть очень много, а может быть просто 10 тысяч. Деньги дают не для того, чтобы потом тебя позвать и с тобой переспать, это комплимент, что ты такая классная, спасибо за настроение, которое ты создала.

- Чем отличается гоущица от стриптизерши? Или это одно и то же?

Валентина: Нет, не одно и то же. Гоущица не раздевается. Чем отличается швея от парикмахера? Швея шьет, парикмахер стрижет. То же самое тут. Стриптизерша раздевается полностью, гоущица должна соблазнить всех в одетом виде. Если плохая гоущица, у нее будет каменное лицо и все подумают, что зачем вышла. А если у тебя ответственность, ты отработаешь так, как должна. Все думают, что это простая профессия — вышел потанцевать. Ничего подобного. Страдает кожа, страдает здоровье, страдают руки, страдают ноги, ломаются каблуки — никто об этом не думает.

- Есть ли неформальные отношения на работе? Секс с руководством?

Валентина: Я с таким не сталкивалась, но слышала, что есть: либо ты со мной спишь, либо ты здесь больше не работаешь. Потому что девочек, которые танцуют очень хорошо, много, сейчас большая конкуренция. Сейчас все следят за собой, покупают одежду, костюмы, учатся танцевать, для этого есть все шансы — миллион школ, миллион видео на YouTube — учись, если есть только желание.



- Ты веришь в Бога?

Валентина: Да.

- А как совместимы профессия гоущицы и вера в Бога?

Валентина: Я ни разу ни с кем не спала, не раздевалась, и для меня это работа. Если бы я пришла на завод, то надела бы халат, сюда я прихожу и надеваю лифчик с трусами — но это то же самое. Я идеальна. Я ничего не делаю плохого. Родители знают, что я танцую, просто не видят костюмов. Мне обидно, что работу гоущицы считают за [censored] делать, легкие деньги. Никто не знает, что у тебя руки в крови, мозоли, ноги болят, у тебя месячные, тебе плохо, ты выпила три таблетки, поругалась с кем угодно, а ты выходишь и танцуешь на все 32 — люди не виноваты, что у тебя проблемы.

- Какой тебе случай запомнился, связанный с работой?

Валентина: Когда меня кулаком в живот ударили. Я не помню, я просто шла в костюме, и мне кулаком в живот. Еще когда я упала.

- Можно легко навернуться с тумбы?

Валентина: Да, конечно.

- Твой личный рейтинг мест для работы гоу-гоу?

Валентина: "Бар 13" и "Blackhall". Мне "Blackhall" нравится, но там тяжело танцевать. Сцена просматривается на 360 градусов. То есть если у тебя попа плохая, здесь ты стала задом, и тебя никто не видит, то там все некорректные движения: рука, нога не там стала, каблук подвернулся — все видно! Это единственное место, где девочки должны быть на десятку, чтобы смотреться хорошо. Нет больше места с такой сценой, где свет ярче, чем в лаборатории. Это самая тяжелая сцена. Там не за что держаться.

Анжелика. Работает в магазине женской одежды и обуви. Танцует иногда, в выходные. В паре с Валентиной.

 

- Как относится твой парень к гоу-гоу?

Анжелика: Запретил танцевать спустя полтора года. Его задолбало, что я не делаю завтрак, заканчиваю в 4, а прихожу домой в 6 утра, постоянно подгулявшая. Выпившая.

 

- А если в компании узнают, что ты гоущица, как-то меняется отношение?

Анжелика


Анжелика: Больше внимания. Не то, чтобы как-то смотрят, что ты гоущица и ниже чином или можно потрогать. Наоборот: "О, привет, — чуть ли не автограф, — это та гоущица? Да, да!" Есть же ВКонтакте, Инстаграм, все знают друг друга, особенно, когда в общественные места ходишь, сразу такие — ммм… Ну да, и внешность кидается в глаза сразу.

- Ну окей, хорошо выглядит девочка, что еще нужно?

Анжелика: Не быть деревянной, быть пластичной. Ты должна красиво двигаться, даже не зная движений гоуских. Гоу-гоу — это, в принципе, импровизация, но когда мы устаем, мы красиво передвигаемся на месте. Это у всех так: нужен перерывчик, но ты не можешь уйти.

- Обязательно на шпагат уметь садиться?

Анжелика: Нет, не обязательно совершенно, я не сажусь. Да, конечно, когда девочка, которая танцует, садится на шпагат, это такой вау вызывает — очень красиво. Бывает публика, которая энергию просто сжирает, ты выходишь с тумбы просто обезвоженная. Я не знаю, с чем это связано. На тебя смотрят, все круто, ты танцуешь, но энергию съедают. Бывает наоборот, когда ты заряжаешься от людей, тебя прет неимоверно, ты вроде танцуешь больше, чем надо по времени, и выкладываешься, но приходишь в гримерку довольная.

- А что для гоущицы важнее – грудь или попа?

Анжелика: Мммм… наверное, попа. Потому что грудь можно сделать пуш-ап, но мне бы самой не понравилось смотреть, если у девочки плоская попа. Грудь еще ладно, у нас даже стрип танцуют девочки с небольшой грудью, но попа у них аккуратненькая.

     Анжелика на сцене
- А как сделать из не очень хорошей попы хорошую, чтобы она смотрелась?

Анжелика: Можно маслом намазать, но вообще - только тренажерка.

- До какого возраста ты планируешь работать?

Анжелика: Мне сейчас 24 будет, максимум год еще — это предел. Хочется уже семью, детей. Хотя дети не препятствие совершенно, у нас есть девочки-гоущицы, и немало, которые с детьми и с мужем. И муж нормально, разрешает. Они очень хорошо выглядят, и никогда не скажешь, что у них есть ребенок.

- А вы много времени и денег тратите на свой внешний вид?

Анжелика: Достаточно. Очень достаточно. Если работать только на дневной работе, там средняя зарплата 400–500 долларов, так вот эти деньги могут уходить на себя запросто. Вообще танцевать — это удовольствие, я не могу в любой момент уйти, для меня это как наркотик. Я не могу распрощаться с этим, и через все препятствия буду ходить в бар работать втихаря. Мне и танцевать нравится, и нравится, когда смотрят. Это называется эксгибиционизм. Каждая танцовщица в своем роде — это эксгибиционист.

- А ты детям своим будешь рассказывать про свою работу?

Анжелика: Когда я стрип работала, я бы не рассказывала, конечно.

- Ты работала стрип?

Анжелика: Два года в стриптиз-клубе, танец на шесте. Это совершенно другая тематика: ты на шесте не потанцуешь под быструю музыку. Иногда легче научиться танцевать гоу-гоу, чем стриптиз. Внутренне сначала тяжело, обычно девочки к этому приходят, когда какой-то переворот в жизни, я именно поэтому пришла. Нужно было чем-то отвлечься, потом затянуло.

- Есть зарплата или только то, что кладут в трусы?

Анжелика: Ну, зарплаты нет, чисто "чайник" (чаевые). Но я не помню, чтобы уходила с нулем. Хотя когда работала в Литве, нам платили ставку, даже когда не было заработка. Сто лит, то есть 300 тысяч на наши деньги, мы получали стабильно. В крупных городах или в туристических в сезон заработок больше и условия лучше. У нас в стрип-клубах не платят неустойку, если "чайник" не соберешь. За границей платят практически везде, там и контингент поприятнее: иностранцы в основном более воспитанные, чем россияне или украинцы.

- А кто здесь денег больше дает? Россияне или белорусы?

Анжелика: Россияне всегда очень хорошо дают. В баре, например, я не видела, чтобы к нам такие россияне ни о чем приходили, обычно состоятельные люди. Белорусы меньше дают, хотя тоже, в принципе, не уступают.

Анжелика с партнершей по гоу-гоу
- Почему ты ушла из стриптиза?

Анжелика: Потому что через два года настал момент, когда меня начало колотить от обстановки, от мужчин. Гоу-гоу ты танцуешь для всех, а в стрипе ты танцуешь для каждого. Подошла и потанцевала возле каждого, естественно, собрала этим чайник. Ты этим зарабатываешь. Не подойдешь к одному — не заработаешь. Когда стрип работаешь, тебя пытаются потрогать. В нормальных заведениях это нельзя, просто на расстоянии. Это я могу тебя трогать, облапать с ног до головы, ползать по тебе, а ты должен сидеть. Некоторые девочки позволяют себя за ноги взять, за талию, но больше — нет.

- Где больше конкуренция? В стриптизе или в гоу-гоу?

Анжелика: Сейчас даже не знаю, но в стриптизе, кажется, побольше. Но там девочки часто забивают на внешность, типа, я давно работаю, у меня постоянные клиенты и все дела. Некоторым надоедает обстановка стриповская, но еще много таких, которые из гоу уходят в стриптиз, потому что деньги там платят большие. Бывает, и костюмы режут, и каблуки ломают, особенно в стрипе. Там вообще конкуренция между собой жесткая за каждого клиента.

- А есть какие-то профессиональные болезни гоущиц?

Анжелика: Проблемы с коленками, позвоночником, диски стираются, грыжи межпозвоночные, вены на ногах от каблуков постоянных, от нехватки магния все хрустит. То же самое, как и любой спортсмен — это больной человек. Столько болячек, что вообще. Часто от солярия пятна на лице, кожа очень плохая.

- А есть магазины костюмов для гоущиц?

Анжелика: Есть, но такое [censored]. Долларов 40–50 стоят. Я два года сама костюмы шила. А обувь из обычного магазина — босоножки, только каблуки минимум 12 см. Вот! Я знаю, как можно бизнес сделать, пойду отучусь на швею, буду костюмы шить, ткани хорошие куплю и открою магазин костюмов гоуских! Заработаю: ведь у гоущицы должно быть минимум три костюма, в идеале на каждый выход менять.

Юля, 22 года, работает 6 лет, с тех пор, как переехала в Минск учиться в колледже. Танцует в паре с Машей.

- А разве можно с 16 лет работать?

Юля: Я ж ничего не знала в Минске, сшила себе костюмчик маленький из того, что было, и прошла кастинг. Всем понравилось, и решили рискнуть. Если бы узнали — был бы штраф. Я смотрела на девочек, которые давно танцуют, равнялась на них, спрашивала, наблюдала, училась. Вообще, можно начинать с вечерних работ, в "Титане", например, есть дискотеки для школьников с 7 до 10 вечера. А в целом: "Бар 13" — идеально. В "Blackhall" не нравится контингент, зарплаты, отношение к персоналу. Я там работала год. В "Ауруме" я работала бы, там музыка хорошая.

- Какие у тебя табу?

Юля: Несмотря на то, что я танцую топлес-гоу, я бы не перешла грань между танцами и пошлостью. Это игра на камеру, чтобы людям нравилось, и речь о пределах. Некоторые девочки перебарщивают, для них — это облизывание рук, ног. За эту грань я бы не переступила. То есть я не сплю ни с кем, меня не трогают, я не снимаюсь в порнухе.

- А за сколько бы снялась в порнухе?

Юля: Ни за сколько. Чтоб на тебя потом пальцем показывали? У гоущицы должен быть свой статус и авторитет. Чтобы когда меняешь место работы, о тебе были положительные отзывы. Это важно и для себя: вот ты чувствуешь, что ты не шлюха и знаешь, что о тебе начальство и другие люди хорошего мнения. Бывало, что завистники писали ВКонтакте, угрожали: я оболью тебя кислотой, убью.

- А вот за попу трогают — нормально?

Юля: Если девочка, то да. Девочка — это девочка, ничего не подразумевается.

- В личной жизни помогает как-то работа гоущицы?

Юля: Большинство парней не приветствуют. Они сначала смотрят на девушек-гоущиц, завоевывают их, а потом ограничивают: "Я не хочу, чтобы ты танцевала". С одной стороны, это правильно, а с другой стороны, он не имеет права запрещать зарабатывать деньги, если сам не может обеспечить девушку.

- У тебя были случаи, о которых можно рассказать?

 
Юля:
Когда пьяные девушки тебя за каблуки тягают, коктейли выливают в туфли, специально толкают. Наверное, из зависти или у них какие-то комплексы.


Маша (слышит разговор): Ой, большинство девочек стоят и обсуждают. Это все видно, даже пальцем показывают. Не, ну конечно, если кто-то подойдет, мы можем дать типа ненароком — ой, извините, ударила. А так у нас есть охранники, которые убирают ненужных людей, чтобы нам не мешали.

Маша засовывает Юле в лифчик 50 баксов.

- Это что сейчас произошло? Это зарплата?

Юля: Нееет, это просто у нас свои связи. Просят, чтобы мы поработали с чуваком. Это значит потанцевали на нем, вытянули его на сцену, поприкалывались, чтобы внимание ему было, девочки красивые с ним потанцевали, а все смотрели. 
                                                                                                                                                                                                                                                                       
- И он дал денег?

Юля: Да, я ему сказала меньше, но он дал больше — $100 у.е (по $50 каждой). Это типа как крейзи-меню.

Юля и Маша возвращаются через 4 минуты. Потные, смеются: "За квартиру заплатим".

Юля: Вообще, мы здесь давно работаем, у нас есть свои знакомые, которые иногда хотят подшутить над другом, который женат или у которого есть девушка. Просят, чтобы мы с ним потанцевали. Мы не раздеваемся, просто танцуем возле него, блестками посыпаем — это экшн! Как-то приходил чувак, чемпион по боксу... Он сначала был в шоке, а потом ему понравилось, теперь периодически приходит.

Был еще случай, когда гоущиц и стрип-девочек пригласили в "Golden Cafe" в платьях, типа просто посидеть на мальчишник. Мы сидим, разговариваем, кушаем, через час подрываемся, начинаем раздеваться, танцевать, все в костюмах. Официанты, бармены, охранники и парень этот — все в шоке. Как так? Только что сидели в платьях обычные девочки, а тут — хоп. Был и фейерверк, и хлопушки, и с улицы прибежали люди.

- Много денег за это платят?

Юля: Есть расценки, но человек может и больше дать. Стандартные — $30 на одну девочку. Дают и $100. Некоторые хотят конкретную девочку по имени, которую знают. Вот допустим, позвали нас, потому что знают меня и захотели нас с Машей. Есть же еще девочки — кто кому нравится, тот того и зовет.

- А нет такого, что как официанты, например, складывают чаевые в общий котел и потом делят поровну?

Юля: Нет, конечно. То, что гоущица заработала, то ее хлеб, как она отдаст?

- А есть такое, что вы идете по улице — о, это точно гоущица, даже если вы не знакомы?

Юля: Да, есть. Парням проще определить: взгляд на фигуру, внешность, макияж, стиль. А вообще, маленький процент можно сразу понять. Есть такие гоущицы, что не видно, что они гоущицы.

- А можно только на деньги от гоу-гоу жить?

Юля: Можно. Да, как нефиг. Вот я так живу.

В финале под утро иду смотреть, как [censored]. На столе, на диване: тот же стриптиз, только без раздевания. И с блестками…

Манера речи танцовщиц была отредактирована.

 

Все фильмы онлайн
Все фильмы онлайн
Все фильмы онлайн
  • Скидка до 20% на квест "Во сне с Фредди Крюгером" в PodZamkom
Все заведения
0058931