Культура


/

Документальных сериалов и видеоблогов о том, как путешествовать по Европе или Америке, в Сети — терабайты. Минчанин Леонид Пашковский, вдохновившись повестями Джека Лондона и трудами Леонила Круглова, поехал в места, от туристов далекие. AFISHA.TUT.BY поговорила с автором о том, как это — жить с пуштунами под носом у «Талибана», с иранскими хиппи — в тесной пещере и сидеть в заключении вместе с афганскими нелегалами.

Фото: предоставлено автором.

— Я не понимал, в какие чудесные приключения вляпался, пока на пакистанской границе военные не посадили меня во временную тюрьму для нелегалов, — рассказывает нам Леонид и как бы в шутку добавляет: — С самого начала съемки не задались.

Леонид Пашковский — журналист и рекламщик из Минска. Его проект «Хочу домой» — это документальный сериал о людях, которые пытаются вести полноценную современную жизнь в условиях устаревших традиций, жестких религиозных правил и политических запретов. В проекте сами жители опасных регионов рассказывают, как им живется в месте, где после шести часов вечера не рекомендуется выходить из дома.

Первую серию можно посмотреть на YouTube-канале проекта.

«Куртку пришлось выбросить в Армении. Об этом я потом часто жалел»

— Ты сразу намеревался ехать снимать сериал или идея пришла по ходу?

— Ехал я именно для того, чтобы снять собственную программу. Мне не хватало продукта, который бы действительно показывал, какая она — жизнь там, куда мы не доберемся никогда, знакомил и хоть немного объяснял другие культуры. Поэтому я взял на себя смелость попробовать такой продукт сделать.

«Хочу домой» не расскажет все о культуре Пакистана или социальной жизни иранцев. Но обозначит кучу тем, на каждую из которых можно снимать отдельный документальный сериал. Это как быстрая экскурсия, которую проводят сами местные.

Фото: предоставлено автором.

— Почему именно Пакистан и Иран?

— Во-первых, о них мало что знают, а то, что знают, чаще всего неправда. Во-вторых, там очень многие говорят по-английски.

— Как ты готовился к такому путешествию, что взял с собой?

— Учитывая, что со мной был только рюкзак на 60 литров, брать нужно было только самое необходимое. Две трети места заняли техника, палатка и спальник, поэтому поместились еще только двое штанов, пара маек, шорты и трусы. Куртку пришлось выбросить в Армении, потому что для нее не было места. Об этом я потом часто жалел.

Фото: предоставлено автором.

— Как ты добирался?

— Передвигался я на автобусах, поездах, мотоциклах, мотоблоках и в некоторых местах автостопом. Ловить попутки, когда тебе 27, немного стыдно, потому что ты вполне можешь позволить себе сам себя довезти. Но это прекрасный инструмент для того, чтобы найти источники информации и интересных героев.

В Иране, например, автостоп идеальный: машина останавливается секунд через пятнадцать после того, как ты поднял руку. Потом они везут тебя к себе домой, знакомят с семьей, зовут гостей — и ты через день уже знаешь полгорода, тебе есть, с кем поговорить и кому задать вопросы. И они очень-очень словоохотливы. В достаточно изолированной стране им некому рассказать о наболевшем, и они без колебаний вываливают на иностранца все, что накопилось.

К тому же что иранцам, что пакистанцам обидно за плохой имидж своих стран. Потому что для нас имидж страны равен имиджу народа. Но это абсолютно не так: иранский народ и государство Иран — почти что противоположные во всем вещи; народы Пакистана и страна, в которой они живут, — это вообще сложнейшая комбинация противоречий и нестыковок. Это фантастически прекрасные люди, и им очень не хочется, чтобы их воспринимали незаслуженно плохо.

Фото: предоставлено автором.

«От каморок в подвальном этаже, гостевых пуштунских домов с крысами до богатых особняков»

Первая серия «Хочу домой» начинается с того, что Леня показывает свое жилье в Белуджистане: облупленные стены, решетки на окнах, кровати нет, на полу — спальник. Туалет — дырка в полу, вместо умывальника — бочка, в которую стекает вода.

— На всю эту историю у меня был собран небольшой бюджет, поэтому спать где придется не было в планах. Но когда каждый день тебе нужно снимать, нет времени искать бесплатную «вписку». Поэтому половину ночей я спал в самых дешевых гестхаузах и хостелах, половину — у каучсерферов.

— Как с каучсерфингом в таких странах, как Иран и Пакистан?

— Он супер развит. И условия там разные: от каморок в подвальном этаже, гостевых пуштунских домов с крысами до богатых особняков. На море, в пустыне и в горах, там, где не было людей, спал в палатке, когда хотелось сделать перерыв и остаться одному.

Условия жизни везде очень разные: кто-то живет буквально в пещерах, кто-то — в современных квартирах. Но в целом иранцы достаточно бедные, учитывая, насколько богато их государство. Большинство пакистанцев близки к нищете. Но при этом в Пакистане я практически совсем не тратил денег, потому что они с ходу готовы тебя накормить, довезти куда нужно, хотя не на чем, уложить спать, хотя некуда. А выпить чаю в этих странах вообще предлагает каждый второй встречный.

Фото: предоставлено автором.

— На видео с тобой всегда был кто-то сопровождающий. Это твое пожелание или мера безопасности?

— Само собой, чтобы что-то снять, мне нужны были местные, готовые стать гидами. Иранцы и пакистанцы так хотят рассказать о своей стране миру, что готовы сопровождать тебя круглые сутки, все объясняя и показывая. Часто проблемой было не найти сопровождающего, а избавиться от него. Телефон по несколько дней беспрерывно разрывался от предложений снова встретиться и снова проводить меня хоть куда-нибудь. В Пакистане это граничило с навязчивостью. В Бангладеш люди дико расстраивались и сыпали лавиной обиженных сообщений, если ты не отвечал на их вопрос в мессенджере в течение трех минут. В Иране каждый третий диалог на улице заканчивался просьбой сделать приглашение в Европу. Им всем очень хочется познакомиться с остальным миром, но, к сожалению, мир не очень хочет знакомиться с ними.

Фото: предоставлено автором.

— В первой серии с тобой другие европейские ребята. Они были с тобой все время? С какой целью вообще в такие места едут европейцы и другие туристы, с которыми ты общался?

— Ехал я в одиночку, но один не был почти никогда, потому что для съемок нужно было максимально много общаться с местными.

Литовцы, которых можно увидеть в первой серии, встретились мне в Пакистане. Их привезли в тот же пункт содержания нелегалов, в котором в волнующей неопределенности сидел я. Через два дня мы разъехались каждый по своим маршрутам, но через месяц снова увиделись в Индии, чтобы вместе встретить Новый год.

Больше иностранцев ни в Иране, ни в Пакистане, ни в Бангладеш я не встречал. Туда ездят очень мало. Зачем — не знаю. Наверное, такие же дурачки, как и я.

Фото: предоставлено автором.

«В провинции Белуджистан почти каждый день случались теракты»

Разговоры об опасностях и терактах красной нитью проходят через всю первую серию. Складывается впечатление, что Пакистан и Иран соответствуют всем стереотипам, которые о них сложились.

— Там действительно опасно, — подтверждает Леня наши догадки. — В провинции Белуджистан, о которой первая серия, в предыдущие годы почти каждый день случались небольшие теракты. Там же в августе 2016-го напали на больницу и убили более 70-ти человек, а в октябре того же года — более 60-ти в нападении на военную академию. Уже постфактум я понял, что не зря охранники отказывались выпускать нас из гостиницы даже в магазинчик по соседству.

Фото: предоставлено автором.

— То есть отношение к странам и стереотипы о них по возвращении домой только укоренились?

— Нет. Изменилось мое восприятие Ирана и Пакистана как исламских стран. В разных провинциях Пакистана его исповедуют совершенно по-разному: от экстремального у пуштунов до очень либерального у кашмирцев. Все из-за того, что Пакистан — это множество разных народов, искусственно собранных на одной территории по религиозному признаку. Но их традиции часто совершенно разные и отношение к религии тоже. Любопытно, что шансы попасть на национальное телевидение в качестве ведущей гораздо выше у той женщины, которая вообще не покрывает голову, не говоря уже о ношении бурки.

А Иран я бы назвал почти светской страной с сильно религиозным правительством. Хотя в некоторых регионах население все еще сильно привязано к религиозным практикам.

Фото: предоставлено автором.

— Что оказалось самым сложным?

— Я не был готов к тому, что придется пить столько чая. Хотя я и очень большой его любитель.

— Какие моменты ты бы не хотел пережить никогда больше?

— Пародия на спагетти карбонара в бангладешском кафе.

— Посмотрев на страны со стороны, ты бы вернулся туда еще раз?

— Я бы очень-очень-очень хотел снова поехать во все эти места и, может быть, побыть там дольше. Потому что, повторюсь, это фантастические люди, чудесная природа и восхитительно интересные культуры — противоречивые, сложные, непонятные и пока еще не очень испорченные песнями Рианны. Но чем больше узнаёшь другие культуры, тем больше ценишь свою. Поэтому и «Хочу домой».

Фото: предоставлено автором.

— Приобретенные привычки домой привез какие-нибудь?

— По возвращении я еще долго продолжал класть ладонь на грудь, приветствуя или благодаря кого-нибудь, тем самым выражая искренность. И куртку я больше выбрасывать не буду.

Следить за проектом в Facebook.
Следить за проектом Вконтакте.
Канал на YouTube.
Смотрите онлайн бесплатно
Всё видео онлайн
Все фильмы онлайн
Все фильмы онлайн
  • Скидка до 20% на квест "Во сне с Фредди Крюгером" в PodZamkom
Все заведения
0057419